Сегодняшний день был очень богат на впечатления.
Я наконец-то, спустя 8 лет пассивно-активных попыток, посетила Октоберфест в Мюнхене и смогла почувствовать все его вайбы.
Моё ощущение — это большой традиционный народный праздник «хлеба и зрелищ», где люди в национальных костюмах предаются общему веселью — с песнями, плясками, шумом и гамом, в большом количестве употребляют пиво, развлекаются на аттракционах и в тирах.
Параллельно проходят небольшие парады и шествия, вокруг красиво оформленные шатры разных пивоварен и нарядные лошадки, запряжённые в повозки с бочками пива.
Один раз в жизни оно того стоило. Не могу сказать, что буду мечтать посетить это мероприятие повторно.
Вторая часть моих сегодняшних впечатлений связана с дискуссиями в соцсетях.
Наверное, иногда действительно лучше возвращаться в Телеграм и не высовывать нос туда, где всем правит хайп.
Знаете, что самое интересное? Я практически не смотрю чужие страницы. Читаю только тех коллег, на которых сама подписана, а обо всём, что происходит за пределами этого моего комфортного круга, обычно узнаю от других коллег.
Так вот, сегодня Лена Кудинова прислала мне высказывание одного эндокринолога, который в интервью известной телеведущей, ни на йоту не усомнившись, рубит сплеча: никакого «замедления метаболизма» в связи с менопаузой нет. Женщина просто должна заниматься спортом и так далее.
Знакомая шарманка: мы всем должны и во всём виноваты.
И это транслируется на большую аудиторию женщин, которые и без того в перименопаузе зачастую не понимают, что с ними происходит. И снова чувствуют, что они где-то ошибаются.
Хотя они ничего не меняли: не стали больше есть, не стали меньше двигаться. Но на фоне гормональных флуктуаций, включая в том числе ФСГ, а затем и развивающегося эстрогенодефицита начинают замечать изменения в своём теле: увеличивается объём живота, накапливается висцеральный жир, меняется соотношение мышечной и жировой ткани. При этом индекс массы тела может даже не меняться. Но вся эта цепочка событий в дальнейшем может способствовать развитию ожирения и сахарного диабета 2 типа.
И тут на меня накинулись три юных эндокринолога — мужчины. Да, тут есть эйджизм и сексизм, но в отношении меня: я всё-таки пожилая женщина относительно этих специалистов, рассуждающих о менопаузальных нарушениях. 😁
Месседж от коллег был примерно такого содержания: я сама себе противоречу, где мои аргументы и факты, я ничего не понимаю или поняла всё неправильно.
Но у меня не было задачи ни обучать врачей, ни вступать с ними в затяжные дискуссии. Я высказала своё мнение и, в общем-то, попыталась его обосновать.
Что я хочу сказать?
Готовясь к завтрашней лекции про СПКЯ, я изучаю работы бельгийского учёного Франсиса де Зегера и его концептуальные модели происхождения СПКЯ — связь способности подкожной жировой ткани безопасно депонировать липиды, эктопического жира, PPAR-γ, преждевременного пубархе и пубертата с последующим формированием СПКЯ.
И всё больше думаю о том, что пубертат — такой же уязвимый период в жизни девочки с точки зрения перестройки метаболических путей, способной привести её к СПКЯ, каким во многом является менопаузальный переход в жизни женщины.
И когда эндокринологи отрицают эти изменения и фактически сводят всё к тому, что женщина сама виновата, для меня это либо непрофессионализм, либо история блогерства ради хайпа, за которым не скрывается никакого понимания женской эндокринологии.
Вот такие два совершенно разных впечатления от одного дня.
Комментарии (50)
Комментировать в Telegram