20-й Всемирный конгресс по менопаузе Рио, IMS 2026: взгляд изнутри

Мечта, которую я себе не разрешала

В 2024 году, на конгрессе во Флоренции, я взяла на стойке блокнотик и значок с попугаем - промоматериалы, анонсирующие предстоящее грандиозное событие, которое случится когда-то потом, в таком далёком 2026 году, - Всемирный конгресс по менопаузе в Рио-де-Жанейро.

Тогда и 2026-й, и Рио казались чем-то совершенно невероятно далёким.

В 2025 году, в Валенсии, на конгрессе EMAS, глаз радовался яркой цветовой палитре большого плаката, напоминающего, что до события, которое совсем недавно казалось таким далёким, остался всего год.

Мне даже досталась пара шопперов с изображением будущего Всемирного конгресса. Потом эти сувениры по наследству от меня перешли к папе и его другу, и они гордо ходили с ними в магазин за продуктами.

А Лена Кудинова - моя верная спутница по конгрессам, которой мне сегодня физически не хватает, - взяла меня за руку и сказала:

«Давай сфотографируемся на фоне этого плаката. Мы же можем помечтать? Почему бы и нет?»

Я с удовольствием сфотографировалась с Леной. Но позволить себе даже помечтать о том, что я действительно окажусь в Рио, тогда не могла. Даже в самых смелых областях головного мозга, ответственных за функцию мечтания.

Рио - это где-то на другой части Земли, куда в настоящих условиях добраться из Москвы - целый квест.

Это небезопасно.

Это безумно дорого.

А сам Всемирный конгресс - что-то для очень избранных, для тех, кто создаёт тренды в области менопаузальной медицины.

Но я очень хорошо помню момент, когда всё изменилось и я решила: всё, я поеду.

Это был конгресс по гинекологической эндокринологии, организованный Антониной Сметник. Зарубежные спикеры, которые выступали онлайн, активно приглашали российских врачей и коллег приехать на Всемирный конгресс в Рио.

И я подумала, что не пожалею ни сил, ни времени, ни средств, чтобы преодолеть тысячи километров и оказаться там.

Там, где Атлантический океан сливается с небом.

Где силуэты необычных гор, не похожих ни на что из того, что я видела раньше, создают какой-то совершенно сюрреалистический, ни с чем не сравнимый вайб.

Где фавелы соседствуют с многоэтажками и лакшери-отелями.

И всё это в меру разбавлено пальмами, красивыми бегающими людьми, ароматом кофе и всплывающими в памяти заставками к бразильским сериалам.

И сегодня я здесь в предвкушении получения новых знаний, лайфхаков и инсайтов.

И до сих пор не до конца понимаю, что я действительно в Рио-де-Жанейро - накануне открытия юбилейного, 20-го Всемирного конгресса по менопаузе IMS 2026.

Oi, Rio!

Это объективно одно из самых главных событий в мире в области менопаузальной медицины. Несколько дней, когда в одном месте собираются ведущие специалисты со всего мира и обсуждают то, что совсем скоро может изменить нашу клиническую практику.

А я смотрю на эти три буквы «IMS» и еще три буквы «Rio» - и все еще не верю, что я здесь.

А пока полюбуйтесь нереальной картиной с вертолета. Кто смотрел в детстве эти бразильские сериалы - скорее всего уже в перименопаузе или приближается к ней. Есть такие?

Помните Тонью-Лунатика, Рут и Ракель?

«Иногда сигара - это просто сигара» (Зигмунд Фрейд).

Когда вы каждый день просыпаетесь в 3:40 - необязательно сразу трактовать это как проявление перименопаузы.

Возможно, вы просто на конгрессе в Рио - в другом полушарии, где сейчас ночь и вообще весна (а в Москве 9:40 и осень).

Через 5 часов, когда наступит утро, буду погружаться в перименопаузу вместе с ведущими мировыми экспертами в этой области.

Конгресс открывается ПНЯ: «невидимое состояние»

Открывает конгресс IMS Nick Panay (мой, уж извините, краш) лекцией по преждевременной недостаточности яичников (ПНЯ). Рассказывает об основных моментах, которые появились в рекомендациях за последние два года - с 2024 года. И о том, почему ПНЯ называют «невидимым состоянием».

17% женщин ждали постановки диагноза более 4 лет.

Основные положения IMS / ESHRE:

• диагноз ПНЯ устанавливается при нарушении менструального цикла/аменорее в течение ≥4 месяцев и однократном уровне фолликулостимулирующего гормона (ФСГ) >25 МЕ/л - согласно руководству ESHRE 2024;
• если диагноз остаётся неясным, ФСГ следует повторить через 4–6 недель;
• для диагностики ПНЯ не нужно привязывать определение ФСГ к конкретному дню менструального цикла;
• низкий антимюллеров гормон (АМГ) <0,5 нг/мл (3,6 пмоль/л) ассоциирован с повышенным риском ПНЯ;
• однако АМГ не рекомендуется использовать как основной диагностический или прогностический тест - преимуществ перед ФСГ он не даёт.

Страшные цифры, которые должны знать гормонофобы и те, кто утверждает, что при ПНЯ гормоны необязательно принимать:

За 30 лет наблюдения умерли 34,7% женщин с ПНЯ против 19,3% в сопоставимой контрольной группе.

Уже всем известная с 2021 года таблица по дозам!

При ПНЯ обычно требуется примерно вдвое большая доза эстрогена, чем при естественной менопаузе. В дальнейшем, когда женщина достигает возраста около 50 лет, дозу обычно снижают до стандартных доз менопаузальной гормональной терапии (МГТ).

Ещё важная оговорка авторов: оптимальная схема, включая дозу и способ введения, окончательно не определена из-за недостатка рандомизированных контролируемых исследований (РКИ).

И отдельно: при GSM/VVA (генитоуринарном менопаузальном синдроме / вульвовагинальной атрофии) следует рассмотреть вагинальный эстроген, а при гипоактивном расстройстве сексуального желания - тестостерон.

Продолжаю изучать, какие современные фармпрепараты потенциально могут претендовать на роль «замедлителей» старения яичников.

И один из кандидатов - финеренон:

• в эксперименте на стареющих мышах он улучшал развитие фолликулов - увеличивалось количество вторичных фолликулов и жёлтых тел;
• при этом количество примордиальных фолликулов существенно не менялось - то есть речь не о создании «нового овариального резерва», а об улучшении условий для развития уже существующих фолликулов;
• у получавших финеренон стареющих мышей рождалось больше потомства - эффект проявлялся не только на гистологии, но и на реальной фертильности.

А дальше - первые данные у женщин с ПНЯ:

• в исследовании участвовали всего 14 пациенток;
• развитие антральных фолликулов наблюдали у 14 из 14;
• у 9 пациенток получили зрелые ооциты MII;
• у части женщин удалось получить эмбрионы.

Предполагаемый механизм - уменьшение фиброза стромы яичника и, соответственно, механического ограничения растущего фолликула.

Потенциальной мишенью становится не только сам фолликул, но и его микроокружение - строма, воспаление и фиброз.

Ну и было еще несколько кандидатов, среди которых метформин.

Теперь тот самый МеноЖилет можно не только надеть на мужчину, но и оценить на тепловизоре температуру тела, а заодно почувствовать те самые зоны, которые особенно страдают во время приливов - например, переднюю поверхность грудной клетки.

На видео - моя температура.

Я бы сказала, пациент скорее мёртв от счастья, чем жив.

Перименопауза: «им сейчас нечего замещать»

На конгрессе IMS я прослушала девять докладов, непосредственно посвящённых этой теме, а на самом деле гораздо больше - перименопауза обсуждалась на семинарах и звучала во многих других сообщениях.

Елки, зал, в который я стремилась попасть, оказался переполнен и я пошла в другую аудиторию, где читают про Тиболон! Интересно, да? Но на португальском.

Хорошо, что я знаю про эту молекулу настолько хорошо, что могу понимать португальский.

Решила не совершать прежних ошибок и, чтобы точно попасть в зал (а не слушать доклады на португальском), пришла на 25 минут раньше - впереди одна из самых долгожданных для меня больших и разносторонних секций, посвящённых именно менопаузальному переходу.

Чтобы вы понимали масштаб мероприятия, а также интерес к теме - посмотрите, как выглядит зал. Причём это одна из относительно не самых больших аудиторий конгресса.

В президиуме уже заседают Katrin Schaudig - гинеколог-эндокринолог, специалист по менопаузе и президент Немецкого общества менопаузы, и Johannes Bitzer - швейцарский профессор, известный эксперт в области контрацепции, сексуальной и психосоматической медицины.

С нетерпением жду докладов.

Девиз перименопаузы:

• онлайн-опрос более 1500 женщин в перименопаузе;
• 63% женщин более половины времени испытывали ощущение: «Я не чувствую себя прежней».

Наиболее частые симптомы:

• усталость и нарушения сна;
• ощущение, что всё навалилось и невозможно справиться;
• тревога;
• раздражительность;
• трудности с концентрацией внимания и принятием решений;
• ощущение: «Я не могу внутренне успокоиться».

Выступает ещё одна моя любимка - Katrin Schaudig (действующий президент Немецкого общества менопаузы).

Ничего не могу поделать со своей полиаморностью к крутым учёным.

Интересная мысль: менопаузальные симптомы могут указывать на повышенную чувствительность к дефициту эстрогенов и быть связаны с повышенными рисками для здоровья.

В краткосрочной перспективе:

• вазомоторные симптомы - приливы и ночная потливость;
• нарушения сна;
• изменения настроения / депрессия;
• снижение качества жизни.

В долгосрочной перспективе:

• когнитивные нарушения / изменения памяти;
• артериальная гипертензия;
• остеопороз;
• сердечно-сосудистые заболевания.

То есть менопаузальные симптомы - это не только вопрос качества жизни. Они могут быть маркером большей уязвимости к дефициту эстрогенов и ассоциироваться с долгосрочными рисками для здоровья.

Итак, выводы:

• в нормальном менструальном цикле - рост эстрогенов → овуляция → примерно через 14 дней менструация;
• перименопауза - своеобразное зеркальное отражение подросткового периода: появляются олиго- и ановуляторные циклы, а уровень эстрадиола становится хаотичным и непредсказуемым.

я давно провожу параллели с пубертатом! Как же радует, что ты чувствуешь женскую эндокринологию также.

• главное - в перименопаузе эстрадиол не отсутствует. Он может быть то низким, то нормальным, то очень высоким;
• поэтому перименопауза - это не просто постепенное угасание функции яичников и «всё меньше эстрогенов», а прежде всего период гормональных флуктуаций;
• менопауза принципиально отличается - функция яичников угасла, эстрадиол стабильно низкий;
• именно поэтому перименопауза и менопауза - не одно и то же, и подходы к гормональной терапии в эти периоды не должны автоматически быть одинаковыми.

«Не используйте МГТ у женщин в ранней перименопаузе. И объясните им, что буква R в HRT означает replacement - замещение, а им сейчас нечего замещать. Им нужна не заместительная терапия, а модуляция - то, что я называю suppression and substitution: подавить и заместить».

Такой ключевой тезис Steven R. Goldstein!

Картинка очень показательная, в центре - перименопауза! Что тут замещать?

Как приятно слышать то, что ты сформировал на основе реальной практики:

Итак, перименопауза:

• на ранних стадиях характеризуется колеблющимися уровнями эстрадиола (E₂), нередко без адекватного прогестеронового противодействия;
• в отличие от этого, для поздних стадий перименопаузы и менопаузы характерен выраженный дефицит эстрадиола.

Ключевая мысль спикера: ранняя и поздняя перименопауза гормонально настолько различны, что рассматривать их как одно и то же состояние некорректно.

Я, кстати, давно считаю, что поздний репродуктивный период и ранний менопаузальный переход - это одна часть перименопаузы, а поздний переход и первый год после менопаузы - второй. Разные причины и разные подходы к управлению.

Почему МГТ не всегда оптимальна в ранней перименопаузе?

• в ранней перименопаузе часто ещё нет устойчивого дефицита эстрогенов - уровень собственного эстрадиола может резко и непредсказуемо колебаться;
• некоторые врачи используют у таких женщин трансдермальный эстрадиол + микронизированный прогестерон. Такая терапия может уменьшить периодически возникающие вазомоторные симптомы, но не подавляет собственную продукцию эстрадиола яичниками;
• поэтому собственные гормональные флуктуации продолжаются, могут сохраняться и кровотечения, хотя и не обязательно обильные;
• кроме того, МГТ не обеспечивает контрацепцию, а овуляции в ранней перименопаузе всё ещё возможны;
• поэтому ключевой принцип, который подчёркивает спикер, - «подавить и заместить» (SUPPRESS and SUBSTITUTE), то есть контролировать собственную циклическую активность яичников, а не просто добавлять гормоны к уже существующим колебаниям.

Гормональное лечение аномальных маточных кровотечений (АМК) в перименопаузе

Спикер говорит о мифах вокруг комбинированных оральных контрацептивов (КОК), которые необходимо развеивать:

• часть заблуждений ошибочно экстраполирована из результатов WHI;
• КОК работают по принципу «подавить и заместить» (suppression and substitution) - они подавляют собственную нестабильную гормональную активность яичников и создают более стабильный гормональный фон, а не просто добавляют гормоны к уже существующим;
• «Гормоны - это ненатурально» - миф;
• «КОК вызывают рак» - чрезмерно упрощённое утверждение.

Ключевой тезис здесь: в перименопаузе КОК - это не «ещё немного гормонов сверху», а способ подавить собственные гормональные флуктуации и заменить их контролируемым гормональным режимом.

Почему гормональные контрацептивы в перименопаузе?

Гормональные контрацептивы - одна из терапий первой линии в перименопаузе у женщин, которым необходима контрацепция, особенно при нарушениях менструального цикла, АМК и сопутствующих симптомах, при отсутствии противопоказаний:

• обеспечивают надежную контрацепцию;
• регулируют менструальный цикл;
• уменьшают обильные менструальные кровотечения и дисменорею;
• уменьшают вазомоторные симптомы и менструальную мигрень;
• помогают сохранять минеральную плотность костной ткани;
• предотвращают гиперплазию эндометрия;
• снижают риск рака яичников и эндометрия;
• помогают контролировать акне;
• уменьшают проявления предменструального синдрома и предменструального дисфорического расстройства (ПМС/ПМДР);
• способствуют коррекции железодефицита за счет уменьшения менструальной кровопотери.

Другие «физиологические» проявления менопаузального перехода:

• кардиометаболические изменения:
  • метаболический синдром;
  • увеличение толщины комплекса интима–медиа сонных артерий;
  • увеличение артериальной жёсткости;
  • увеличение висцерального жира при уменьшении безжировой массы тела;
  • повышение общего холестерина и липопротеинов низкой плотности (ЛПНП);
• изменения скелета:
  • за время менопаузального перехода теряется примерно 6–7% костной массы.

Слайд ссылается на данные SWAN (El Khoudary et al., Menopause, 2019).

Странно, что это отрицают эндокринологи.

Я опять в полнейшем восторге от лекции Katrin Schaudig. Именно ее лекция в 2025 г. расставила все точки над и в моем понимании перименопаузы.

Опция в перименопаузе для тех, кому противопоказаны КОК - прогестины!

Напоминаю: цель терапии в ранней перименопаузе - не заместить эстрогены, а подавить собственную овариальную активность и сгладить гормональные флюктуации:

• Katrin Schaudig предлагает очень наглядную концепцию - «полное торможение» vs «лёгкое или умеренное торможение»;
• чем выше доза прогестина - тем сильнее его антигонадотропный, то есть подавляющий, эффект;
• чем сильнее антигонадотропный эффект - тем выраженнее подавляется созревание фолликулов и, соответственно, колебания собственного эстрадиола;
• поэтому разные прогестины и разные их дозы дают разную степень «торможения» яичника - от частичного до более полного;
• и важный акцент на слайде: микронизированный прогестерон и дидрогестерон в обычных дозировках не обладают достаточным антигонадотропным эффектом.

То есть если наша задача - именно подавить овариальную активность и уменьшить амплитуду гормональных качелей, одного эндометриального эффекта прогестагена недостаточно. Здесь принципиально важна его способность действительно «притормозить» яичник.

Слайд дня для женщин в перименопаузе!

Главный орган менопаузы - мозг

Нобелевская премия по физиологии и медицине 2026

Сегодня Нобелевскую премию получили Karl Deisseroth, Peter Hegemann и Georg Nagel - за открытия, связанные со светоуправляемыми ионными каналами и оптогенетикой.

Проще говоря, учёные получили своеобразный «выключатель» для нервных клеток - возможность с помощью света управлять активностью определённых нейронов.

Оптогенетика позволяет понять, какие именно нейронные цепи отвечают за конкретные функции, ощущения и поведение, и уже не просто наблюдать связь, а проверять причинно-следственные отношения.

И, конечно, после IMS в Рио я сразу подумала о менопаузе.

Мозгу на этом конгрессе было посвящено огромное количество секций - мне кажется, если посчитать, то даже больше, чем яичникам. KNDy-нейроны, нейрокининовые рецепторы, тахикинины, терморегуляция, сон, настроение, когнитивные функции звучали буквально повсюду.

Кажется, мы, гинекологи, понемногу перемещаемся в нейронауку. Скоро будем гинекологами-неврологами.

И очень хочется верить, что такие технологии позволят нам ещё глубже разобраться в нейрональных механизмах менопаузальной симптоматики.

Потому что становится всё очевиднее: менопауза - это гораздо больше, чем просто снижение уровня эстрогенов и утрата фертильности.

А вообще на конгрессе у меня появились новые любимчики. Буду постепенно делиться ими с вами.

Сайт Нобелевской премии по физиологии и медицине

Руководство IMS 2022 о «тумане в голове» в менопаузе (PDF, на английском)

Автор важного руководства IMS по когнитивным нарушениям у женщин проводит мастер - класс с демонстрацией клинических случаев.

Вербальная память - первая пострадавшая функция у женщин. Что это такое?

«Если вы слушаете меня и не думаете о том, где взять следующую чашку кофе или насколько прекрасным будет следующий доклад Aimee Spector, если вы действительно меня слушаете, то сейчас вы кодируете слова - то есть переводите услышанную информацию в память.

А потом, возможно, вы расскажете своим пациенткам о том, что мы сейчас обсуждаем. Это вербальное обучение и вербальная память.

И именно эта когнитивная функция снижается в общей популяции женщин по мере перехода от пременопаузы к перименопаузе.»

Объективное измерение приливов

На графике показана женщина, у которой объективно зарегистрировано 37 физиологических приливов за 24 часа. Каждый резкий пик - эпизод прилива, зафиксированный по изменению электропроводности кожи (skin conductance).

Приливы оценивали объективно с помощью портативного монитора электропроводности кожи. Во время прилива усиливается потоотделение - электропроводность кожи резко повышается, и прибор регистрирует характерный пик:

• частые приливы в среднем сохраняются 7,4 года;
• у 33% женщин с выраженными приливами они продолжаются более 10 лет после менопаузы;
• приливы встречаются у 42% женщин в возрасте 60–65 лет.

Субъективный подсчёт может существенно недооценивать реальную частоту приливов - женщина может не заметить или не отметить эпизод, который прибор регистрирует физиологически.

Женщины недооценивают число приливов и когда им помогает эффект плацебо - устраняются только те приливы, которые она ощущала.

Но приливы не устраняются и разрушают мозг.

«Приливы ассоциированы со снижением памяти и неблагоприятными изменениями в головном мозге»

По данным исследований группы Pauline Maki, объективно зарегистрированные приливы ассоциированы с:

• снижением вербальной памяти;
• поражениями белого вещества головного мозга (white matter lesions);
• изменением активности нейронных сетей во время запоминания слов;
• снижением функциональной связности гиппокампа - на графике справа видно: чем больше объективно зарегистрированных приливов, тем ниже показатель связности;
• изменениями биомаркеров болезни Альцгеймера.

При этом формулировка здесь принципиальна: associated with («ассоциированы с»), а не «вызывают». То есть показана связь между большей объективно измеренной частотой приливов и неблагоприятными когнитивными/нейробиологическими показателями; сам по себе этот слайд не доказывает причинность.

И это хорошо продолжает предыдущую мысль Pauline Maki: наиболее выраженные связи с мозгом обнаруживаются именно тогда, когда приливы измеряют физиологически, а не просто спрашивают женщину, сколько приливов у неё было.

Я часто в своих лекциях упоминаю гиппокамп - как структуру головного мозга, которая особенно страдает у людей с болезнью Альцгеймера.

И вот почему в контексте менопаузы он представляет для нас особый интерес:

• в гиппокампе очень много рецепторов к эстрадиолу;
• экспериментальные исследования показывают, что эстрадиол увеличивает количество нейрональных связей в гиппокампе и влияет на его пластичность;
• у женщин естественные колебания уровня эстрадиола ассоциированы с изменениями структуры мозга;
• гиппокамп играет ключевую роль в эпизодической памяти.

И еще одна важная цифра - около 40% женщин в пери- и постменопаузе сообщают о забывчивости.

При переходе от пременопаузы к перименопаузе действительно выявляют небольшое, но статистически значимое снижение некоторых когнитивных показателей. А вот дальше данные расходятся - в одних исследованиях в постменопаузе они восстанавливаются, в других снижение сохраняется.

А дальше не расскажу. Оставлю интригу.

12 модифицируемых факторов риска деменции

На слайде представлены факторы, на которые можно воздействовать в течение жизни:

• низкая физическая активность;
• курение;
• чрезмерное употребление алкоголя;
• загрязнение воздуха;
• черепно-мозговые травмы;
• недостаток социальных контактов;
• низкий уровень образования;
• ожирение;
• артериальная гипертензия;
• сахарный диабет;
• депрессия;
• снижение слуха.

Источник на слайде - Lancet Commission 2020 по профилактике деменции.

У вас есть над чем поработать?

У меня - да.

Народу тьма, функции мозга интересуют врачей особенно! В нашей профессии - это крайне важно.

Сон и менопауза - что говорит наука?

Около 40–60% женщин в период менопаузального перехода испытывают нарушения сна - часто с ночными пробуждениями и длительными периодами бодрствования после засыпания.

Вклад в нарушения сна могут вносить гормональные изменения, приливы и изменения настроения. Нарушения сна, в свою очередь, могут отражаться на здоровье, самочувствии, отношениях и работоспособности.

Как могут проявляться нарушения сна:

• увеличение латентности сна (sleep latency) - «Мне требуется больше времени, чтобы заснуть»;
• сокращение продолжительности сна (sleep duration) - «Я уже не могу спать так долго, как раньше»;
• увеличение WASO (wake after sleep onset) - больше времени бодрствования после первоначального засыпания: «Я стала чаще просыпаться ночью»;
• снижение эффективности сна (sleep efficiency) - женщина проводит много времени в постели, но меньшую его часть действительно спит: «Я лежу в постели, но не могу уснуть».

Источник - обзор Williams & Maki, 2025 о когнитивных изменениях, сне и настроении во время менопаузального перехода.

Лечение нарушений сна, связанных с менопаузой

Метод	Что известно
Когнитивно-поведенческая терапия бессонницы (CBT-I)	терапия первой линии
Антагонисты нейрокининовых рецепторов - элинзанетант и фезолинетант	могут улучшать нарушения сна, связанные с приливами
DORA - двойные антагонисты орексиновых рецепторов	потенциальный вариант лечения бессонницы, связанной с менопаузой, однако специфических данных пока недостаточно
Препараты, действующие на GABA-A-рецепторы - бензодиазепины и небензодиазепиновые снотворные	в целом их рекомендуется избегать из-за побочных эффектов и потенциального риска злоупотребления
Магний	данные об эффективности ограничены и противоречивы
Мелатонин	может быть полезен при нарушениях циркадного ритма, в частности у людей со сменной работой или при смене часовых поясов (джетлаге)

При нарушениях сна на фоне выраженных приливов отдельная стратегия - лечение самих приливов, поскольку их уменьшение может одновременно улучшать сон.

Я сегодня почти не спала и не выпила мелатонин.

Эстрогены и нарушения сна, связанные с менопаузой:

• эстрогены могут улучшать сон у женщин с приливами;
• пероральный микронизированный прогестерон может улучшать сон и уменьшать приливы;
• микронизированный прогестерон может использоваться off-label (вне зарегистрированных показаний) при нарушениях сна, связанных с менопаузой.

Со слов спикера - 300 мг перорально.

То есть улучшение сна на фоне МГТ особенно ожидаемо тогда, когда нарушения сна связаны с вазомоторными симптомами.

И снова про приливы.

Во всём мире, с некоторыми различиями, связанными, например, с этнической принадлежностью и образом жизни, до 80% женщин сталкиваются с приливами.

Они могут возникать и днём, и ночью, различаться по частоте, продолжительности и интенсивности и существенно влиять на качество жизни, настроение, когнитивные функции.

Поэтому важно оценивать не только наличие приливов, но и степень их выраженности:

• лёгкие - ощущение жара без потоотделения;
• умеренные - ощущение жара с потоотделением;
• тяжёлые - жар и потоотделение настолько выражены, что женщина вынуждена прервать то, чем она занималась.

До 40% женщин сообщают об умеренных или тяжёлых приливах. Именно эта категория женщин будет крайне нуждаться в поддержке.

Не обошли стороной и патофизиологию приливов.

Материал представила Pauline Maki - психиатр, автор ключевого White Paper (экспертного документа) IMS по когнитивным нарушениям у женщин в пери- и постменопаузе.

Немного основ. KNDy-нейроны - это особая популяция нейронов гипоталамуса. Название складывается из трёх нейропептидов, которые они экспрессируют:

• K - кисспептин;
• N - нейрокинин B;
• Dy - динорфин.

Эти нейроны участвуют и в регуляции репродуктивной оси, и в механизмах терморегуляции. Их участие в формировании приливов я очень подробно и, надеюсь, понятно объясняю своим ученикам - участникам моего интенсива по МГТ.

При снижении уровня эстрогенов после менопаузы KNDy-нейроны гипертрофируются и становятся гиперактивными - исчезает привычный эстрогенный «тормоз».

Если совсем просто, как объясняет Pauline Maki:

• эстроген говорит - «не потей»;
• NK3-сигнал говорит - «потей»;
• при снижении эстрогенов усиливается нейрокининовая сигнализация;
• нейрокинин B через NK3-рецепторы активирует пути терморегуляции;
• сигнал передаётся через медиальное преоптическое ядро гипоталамуса;
• запускаются механизмы теплоотдачи - расширение сосудов кожи и потоотделение;
• результат - прилив.

И именно этот механизм стал мишенью для новой негормональной терапии: блокируя нейрокининовый сигнал, мы как будто снова «нажимаем на тормоз» - без использования эстрогенов у тех женщин, которым они противопоказаны.

Новой для меня была информация о субстанции P. Из доклада Pauline Maki я узнала чуть больше об этом тахикинине.

Внимание учёных всё больше привлекает возможная роль субстанции P в регуляции и дисрегуляции сна:

• субстанция P является лигандом NK1-рецепторов;
• данные о её роли в регуляции сна пока преимущественно косвенные;
• в исследованиях введение субстанции P, в том числе молодым мужчинам, приводило к нарушению сна.

В этом контексте становится особенно интересным элинзанетант - новый негормональный препарат, который является двойным антагонистом NK1- и NK3-рецепторов.

Блокируя NK1-рецепторы, элинзанетант вмешивается в сигнальный путь субстанции P. Именно с этим механизмом связывают потенциальное влияние препарата не только на приливы, но и на нарушения сна.

То есть NK3 - преимущественно история про терморегуляцию и приливы, а блокада NK1 добавляет ещё одно потенциально важное направление - сон.

Для тех женщин с приливами, которым гормональная терапия противопоказана (например, после перенесенного рака молочной железы) или кто не хочет её использовать, рассматриваются варианты негормональной терапии.

Группа	Препарат	Статус
Антидепрессанты	пароксетин	единственный селективный ингибитор обратного захвата серотонина (СИОЗС), специально одобренный для лечения приливов, и только в США
	другие антидепрессанты	применяются для лечения приливов off-label; убедительных данных об эффективности недостаточно, также существуют проблемы с переносимостью
Терапия, направленная на нейрокининовые рецепторы	фезолинетант	селективный антагонист NK3-рецепторов, одобрен в ряде стран для лечения умеренных и тяжёлых приливов
	элинзанетант	двойной антагонист NK1- и NK3-рецепторов, одобрен в ряде стран для лечения умеренных и тяжёлых приливов, связанных с менопаузой или адъювантной эндокринной терапией рака молочной железы

Rossella Nappi, президент IMS 2024–2026, подробно разобрала три исследования III фазы программы OASIS - OASIS 1, OASIS 2 и OASIS 3, посвящённые элинзанетанту.

OASIS 1 и 2 подтвердили эффективность препарата в снижении частоты и выраженности умеренных и тяжёлых приливов, а также показали улучшение сна и качества жизни. OASIS 3 добавило данные о долгосрочной эффективности и безопасности в течение 52 недель.

Несколько раз на конгрессе я встречала лидеров мнений, у которых одновременно есть специализация по акушерству и гинекологии и психиатрии.

И, конечно, этот старый мем заиграл для меня новыми красками.

А если серьезно, мы, акушеры-гинекологи, очень часто оказываемся немного в роли психиатров. Правда, действуем при этом через призму собственного опыта и личных представлений о том, что и как нужно сказать пациентке. И это, конечно, не совсем правильно.

А иногда мы сами можем становиться тем самым психотравмирующим фактором. Не потому, что хотим навредить, а просто потому, что не до конца знакомы с правилами игры.

Как говорить с женщиной, переживающей утрату беременности? Как распознать депрессию или тревожное расстройство? Где заканчивается нормальная реакция на тяжелую жизненную ситуацию и начинается состояние, требующее помощи специалиста? Что можно сказать, а чего лучше не говорить вообще?

Мне кажется, хотя бы базовые знания в этой области акушеру-гинекологу совершенно точно не помешали бы.

Как думаете, было бы полезно акушерам-гинекологам проходить хотя бы базовую подготовку по психиатрии?

Я устала умнеть, немного отдыха.

«Не существует просто эстрогена - существуют эстрогены»

Профессор Steven R. Goldstein, профессор акушерства и гинекологии NYU Grossman School of Medicine, Нью-Йорк, бывший президент IMS.

Я совсем недавно подписалась на него в другой соцсети - и вот теперь слушаю его лекцию вживую.

Метаанализ 10 РКИ показал, что монотерапия эстрогенами в целом ассоциировалась со статистически значимым снижением заболеваемости раком молочной железы (РМЖ). Однако этот результат во многом определяется данными WHI, где использовались конъюгированные эквинные эстрогены (ККЭ).

Монотерапия	Заболеваемость РМЖ
Эстрогены в целом (10 РКИ, во многом за счёт ККЭ в WHI)	статистически значимое снижение
Эстрадиол (5 исследований)	снижение риска не достигло статистической значимости: RR 0,63; 95% доверительный интервал (ДИ) 0,34–1,16; p=0,15

• поэтому данные о ККЭ нельзя автоматически переносить на эстрадиол;
• для эстрадиола пока нельзя уверенно утверждать ни снижение, ни повышение риска РМЖ на основании этих РКИ;
• и очень важная фраза Steven R. Goldstein: «Не существует просто “эстрогена” - существуют ЭСТРОГЕНЫ»;
• поэтому соответствующую группу WHI правильнее называть не просто «группой монотерапии эстрогенами», а «группой монотерапии ККЭ»;
• по мнению Steven R. Goldstein, ККЭ, вероятно, обладают некоторыми SERM-подобными свойствами;
• это может объяснять, почему именно для ККЭ в WHI было показано снижение заболеваемости и смертности от РМЖ, тогда как для эстрадиола такого эффекта убедительно не продемонстрировано.

Главная мысль - разные эстрогены не идентичны, и результаты исследований одного препарата нельзя автоматически переносить на весь класс эстрогенов.

Кажется, я наконец поняла, почему в США до сих пор есть ККЭ, но вопрос - на кой им МПА (медроксипрогестерона ацетат)?

Доклад Alfred Mueck о механизмах развития рака молочной железы

Немецкий учёный, который получил возможность продолжать и развивать свою научную работу в Китае (давно мечтала его послушать).

Он выделяет два основных механизма развития рака молочной железы, которые могут иметь значение при МГТ.

	1. Через метаболиты эстрадиола	2. Стимуляция пролиферации уже существующих опухолевых клеток
Суть	Эстрадиол (E2) метаболизируется с образованием катехолэстрогенов, а затем реактивных семихиноновых и хиноновых соединений. Они могут усиливать окислительный стресс и повреждение ДНК	Речь не обязательно об образовании новой опухоли - гормональное воздействие может стимулировать рост уже существующего клеточного клона. Особое внимание уделяется мембранному рецептору PGRMC1
Когда особенно значим	в условиях повышенного окислительного стресса - в том числе при курении и воздействии загрязнителей окружающей среды	некоторые прогестагены могут сильнее стимулировать пролиферацию через мембранные рецепторы, поэтому имеет значение не только сам факт применения МГТ, но и конкретный прогестаген
Что предлагает автор / что важно	оценивать катехолэстрогены, соотношение 2-OH-E1/16-OH-E1 в моче и генетические полиморфизмы защитных ферментов	прогестерон и дидрогестерон имеют наиболее благоприятный профиль в отношении риска рака молочной железы по сравнению с рядом синтетических прогестагенов

При этом даже для прогестерона при длительном применении нельзя считать риск полностью исключённым - именно это отдельно подчеркнул профессор Alfred Mueck.

Главная мысль:

• нельзя сводить риск рака молочной железы к простой формуле «эстроген = канцероген»;
• результаты исследований зависят от популяции, индивидуальных факторов риска, окружающей среды и особенностей метаболизма;
• популяционные исследования не позволяют точно предсказать индивидуальный риск конкретной женщины;
• поэтому автор предлагает двигаться в сторону персонализированной оценки механизмов риска;
• предлагаемые тесты, включая соотношение 2/16-OH-E1 и PGRMC1, пока не являются стандартным рутинным алгоритмом выбора МГТ.

Предупреждение: это наука, а не руководство к действию!

Новый эстроген для МГТ - эстетрол

Сегодня по просьбам подписчиков - начну день информацией про эстетрол (E4), новый вариант эстрогена для МГТ (писала о нем в январе).

Эстетрол - эстроген, который естественным образом образуется во время беременности печенью плода.

В марте 2026 года препарат Fylrevy (эстетрол) получил разрешение на применение в ЕС для лечения симптомов дефицита эстрогенов у женщин в постменопаузе.

Доступны две дозировки - 15 и 20 мг в сутки.

Эффективность в отношении приливов

Эффективность E4 в отношении приливов изучалась в программе исследований III фазы E4COMFORT.

В E4COMFORT I участвовали 640 женщин 40-65 лет с достаточно выраженными вазомоторными симптомами - не менее 7 умеренных или тяжелых приливов в сутки или ≥50 в неделю.

Женщины получали E4 15 мг, E4 20 мг или плацебо.

Уже к 4-й неделе обе дозы эстетролa статистически значимо уменьшали частоту и выраженность вазомоторных симптомов по сравнению с плацебо. Эффект продолжал увеличиваться к 12-й неделе.

По данным EMA, в двух основных исследованиях, включивших в общей сложности 1225 женщин, через 12 недель среднее количество умеренных и тяжелых приливов в неделю уменьшилось. В опубликованном responder-анализе (анализе ответа на лечение) E4COMFORT I оценивали даже полное исчезновение умеренных и тяжелых приливов.

	E4 15 мг	E4 20 мг	Плацебо
Уменьшение числа приливов в неделю, первое исследование	на 60	на 66	на 43
Уменьшение числа приливов в неделю, второе исследование	на 58	на 61	на 45
К 12-й неделе приливов не было совсем (E4COMFORT I)	32,5%	38,5%	17,4%

То есть на дозе 20 мг почти у 4 из 10 женщин умеренные и тяжелые приливы исчезли полностью.

Влияние на костную ткань

Первые данные есть.

В исследовании II фазы эстетрол продемонстрировал дозозависимое снижение маркеров костного ремоделирования, включая β-CTX и остеокальцин, что говорит об антирезорбтивном эффекте.

Но долгосрочных данных о влиянии эстетролa на риск остеопоротических переломов пока нет.

Безопасность в отношении эндометрия

Fylrevy содержит только эстетрол.

У женщин с сохраненной маткой необходимо добавлять прогестоген для защиты эндометрия:

• Fylrevy у женщин с сохраненной маткой зарегистрирован для применения после ≥12 месяцев с момента последней менструации;
• в длительном исследовании эндометриальной безопасности использовался непрерывный режим - эстетрол + микронизированный прогестерон 100 мг ежедневно;
• при этом на комбинации Fylrevy с прогестероном 100 мг утолщение эндометрия и вагинальные кровотечения относились к очень частым нежелательным явлениям;
• циклический режим микронизированного прогестерона 200 мг в течение 12-14 дней каждого 28-дневного цикла именно в длительных исследованиях эндометриальной безопасности эстетролa не изучался.

Недавно началась публичная научная дискуссия.

В сентябре 2026 года в Maturitas группа известных специалистов по менопаузе - Ludwig Kiesel, Herman Depypere, Peyman Hadji, Angelica Hirschberg, Rossella Nappi, Антонина Сметник, Florence Trémollières и коллеги - опубликовала письмо «Reflections on individualised progestogen use in contemporary menopausal hormone therapy», уточняя оптимальные дозы прогестерона.

Докладов с результатами исследования эстетрола представлено очень много, буду делиться постепенно.

Обзор препарата Fylrevy на сайте EMA (PDF, на английском)

Дебаты: трансдермальные эстрогены - всем?

Утром 3 октября я пообещала подписчикам прислушаться к их рекомендациям и спросила, куда мне пойти в 8:30:

• МГТ после 60 лет;
• «Всем ли трансдермальные эстрогены?» - дискуссия.

С небольшим отрывом победили трансдермальные эстрогены. Поэтому я пошла на эту дискуссию, а МГТ после 60 обязательно посмотрю в записи после 2 ноября. В Рио шёл тропический дождь.

Обалденные, живые дебаты, где обсудили практически все нюансы, определяющие безопасность МГТ в зависимости от пути введения.

Затронули массу практических вопросов - от влияния разных эстрогенов и прогестагенов на риск РМЖ до различий сывороточных концентраций эстрадиола при использовании разных трансдермальных форм и доз.

Надо сказать, что столкнулись две разные школы - британская, где около 80% назначений приходится на трансдермальные эстрогены, и американская, где доступны и широко используются конъюгированные конские эстрогены (ККЭ).

Аргументы за трансдермальный путь были очень убедительными:

• отсутствие эффекта первого прохождения через печень;
• меньшее влияние на факторы свертывания и риск венозных тромбоэмболических осложнений (ВТЭ);
• минимальное влияние на глобулин, связывающий половые гормоны (ГСПГ), и, соответственно, свободный тестостерон;
• более стабильные концентрации эстрадиола.

Но американская сторона справедливо напомнила: «эстрогена» как единого понятия не существует - есть разные эстрогены с разными эффектами. Вспомнили результаты WHI для ККЭ без прогестагена, влияние пероральных эстрогенов на липидный и углеводный обмен и ситуации, когда пероральный путь может иметь свои преимущества.

Отдельно обсуждали Мирену у женщин с непереносимостью прогестагенов, различия между пластырем, гелем и спреем и даже то, почему нельзя напрямую сравнивать цифры дозировок на упаковках разных трансдермальных форм.

И, пожалуй, главный лейтмотив всей дискуссии - индивидуализация. Даже «очень низкий риск» не означает «нулевой риск», а трансдермальный путь не отменяет необходимости тщательно собирать анамнез и оценивать риски конкретной женщины.

А вывод председателя оказался прекрасен:

«Никогда не говори “всем” и “всегда”»

Пушка-бомба! Буду постепенно делиться инсайтами, а пока побежала дальше.

Делюсь аргументами ЗА.

Janice Rymer начала практически с финала:

«Transdermal therapy is safer than oral for VTE. Вот, собственно, и всё».

А дальше - аргументы.

С возрастом исходный риск ВТЭ растёт.

Возраст	Базовый риск ВТЭ
20 лет	около 0,1 на 1000
50 лет	уже 0,6–1,2 на 1000

Пероральная МГТ его примерно удваивает.

А если добавить ожирение, которое сегодня само по себе стало глобальной проблемой, абсолютный риск становится уже совсем другим.

Мы становимся старше, чаще имеем ожирение, хронические заболевания, чаще переносим операции - и всё это добавляет факторы риска ВТЭ.

Пероральные эстрогены примерно вдвое повышают риск ВТЭ. Трансдермальные - практически не добавляют дополнительного риска.

И здесь была отличная история про профессора Beverley Hunt - по словам спикера, настоящего «гуру» по тромбоэмболическим рискам в Великобритании.

Когда-то она очень настороженно относилась к назначению МГТ женщинам с риском ВТЭ. Но за последние 15 лет её позиция существенно изменилась - сейчас она совершенно спокойно относится к использованию у таких пациенток трансдермального эстрадиола.

На одном из выступлений она вышла к микрофону и сказала примерно следующее:

«Мне нужно сказать только одну вещь: трансдермальная терапия безопаснее пероральной в отношении ВТЭ».

И практически ушла с трибуны.

Правда, потом вернулась и всё-таки добавила доказательную базу.

Но важная оговорка, которая прозвучала уже в дискуссии: «не добавляет риска» не означает «риска нет».

У каждой женщины остаётся её собственный исходный риск ВТЭ. Поэтому подробный анамнез и оценку индивидуальных факторов риска никто не отменял.

И очень понравилась реплика:

«Если можно не добавлять риск - зачем добавлять хоть какой-то?»

Почему такая разница? Эффект первичного прохождения через печень.

Пероральный эстроген сначала проходит через печень и стимулирует синтез факторов свертывания.

Трансдермальный эстрадиол минует эффект первичного прохождения через печень.

По словам спикера, это один из самых наглядных примеров того, как фармакология напрямую превращается в клинические исходы.

Отдельный аргумент - ГСПГ и свободный тестостерон.

Пероральный эстроген значительно повышает ГСПГ и снижает свободный тестостерон.

Трансдермальный эстрадиол оказывает минимальное влияние на ГСПГ.

И здесь прозвучала, пожалуй, самая смешная фраза выступления:

«Oral estrogen is great for celibacy»

То есть «пероральный эстроген прекрасно подходит для целибата» - но не так хорош, если женщина хочет сохранять сексуальную активность.

Более стабильные концентрации эстрадиола.

После приёма перорального эстрогена - быстрый подъём концентрации, затем спад в течение нескольких часов: пики и провалы.

При трансдермальном введении - значительно более ровная кривая «концентрация-время» и стабильная экспозиция после достижения равновесной концентрации.

Проблемы с пластырем? Используйте гель.

Раздражение кожи? Пластырь плохо держится? Нет препарата в аптеке?

«Use gel. Swap to the spray. Just be flexible».

Трансдермальный путь - это не только пластырь.

И финал британской стороны был максимально категоричным:

«Route matters. Transdermal good».

И ещё три раза:

«Safer, safer, safer».

Потому что, по мнению спикера, в конечном счёте всё упирается в одно - безопасность пациентки.

Аргументы американской стороны будут отдельно. И там было чем ответить.

А теперь обещанные аргументы второй стороны - против идеи «трансдермальные эстрогены для всех»

Сразу оговорюсь: доказательная база американской стороны выглядела значительно скромнее. Аргументация строилась в основном на клинических случаях, данных WHI и небольшом количестве других исследований. Но сама логика была интересной - Steven R. Goldstein не доказывал, что пероральные эстрогены лучше, а спорил прежде всего с категоричным словом «всем».

«Не существует просто эстрогена. Существуют эстрогены».

Разные эстрогены - это разные молекулы с разными фармакологическими и тканевыми эффектами.

Поэтому, по мнению спикера, сводить выбор МГТ только к противопоставлению «перорально или трансдермально» неправильно. Имеет значение не только путь введения, но и какой именно эстроген мы назначаем.

Главным примером стали конъюгированные конские эстрогены - ККЭ.

Спикер отдельно подчеркнул: когда мы говорим об «эстрогеновой ветви» WHI, нужно помнить, что это была не абстрактная монотерапия эстрогенами, а конкретно ККЭ у женщин после гистерэктомии.

При длительном наблюдении в этой группе были показаны снижение заболеваемости РМЖ и смертности от РМЖ по сравнению с плацебо.

Его аргумент - мы не можем автоматически переносить эти результаты на трансдермальный эстрадиол, потому что исследования с аналогичным дизайном и той же популяцией для трансдермального эстрадиола нет.

И здесь его сразу поправили в дискуссии: это данные одного конкретного РКИ, для конкретного эстрогена и конкретной популяции. Из них нельзя сделать вывод, что ККЭ следует назначать с целью профилактики РМЖ.

У пероральных эстрогенов есть метаболические эффекты, которые в определённых ситуациях могут быть преимуществом.

За счёт эффекта первичного прохождения через печень они сильнее влияют на липидный профиль - снижают ЛПНП, повышают липопротеины высокой плотности (ЛПВП), хотя одновременно могут повышать триглицериды.

Аргумент спикера был такой: если перед нами молодая, недавно вступившая в менопаузу, худощавая, нормотензивная женщина с очень низким исходным риском ВТЭ, но с ухудшением липидного профиля - почему мы должны автоматически исключать пероральный путь?

Относительный и абсолютный риск - не одно и то же.

Британская сторона спрашивала:

«Если можно не добавлять риск ВТЭ - зачем добавлять хоть какой-то?»

Американская сторона отвечала: удвоение очень маленького исходного риска всё равно может означать небольшой абсолютный прирост риска.

Поэтому соотношение пользы и риска у молодой здоровой женщины и у женщины старшего возраста с ожирением, перенесённым ВТЭ или другими факторами риска будет совершенно разным.

И снова главный принцип - индивидуализация.

Ещё один аргумент - непереносимость прогестагенов.

Для некоторых таких женщин вариантом может быть ККЭ + базедоксифен - комбинация для перорального применения, позволяющая использовать эстроген и обеспечить защиту эндометрия без добавления прогестагена.

Препарат доступен в ряде стран, но недоступен в РФ.

То есть иногда выбор конкретного препарата сам определяет путь введения.

То же касается готовых пероральных комбинаций эстрадиола с дидрогестероном, в том числе для циклического режима МГТ.

Если конкретной женщине подходит именно циклический режим, правило «эстрогены почти всегда трансдермально» заранее сужает терапевтический выбор.

И один из самых живых моментов дискуссии - спор о клинических случаях.

Британская сторона подколола Steven R. Goldstein:

«Мы показываем данные тысяч женщин, а вы приводите N=1».

На что он ответил примерно так:

«Да, это N=1. Но когда перед вами сидит пациентка - перед вами именно N=1».

Большие исследования дают нам риски и вероятности для популяции.

Но перед врачом сидит одна конкретная женщина - с её возрастом, маткой или без неё, семейным анамнезом, липидным профилем, риском ВТЭ, переносимостью прогестагенов, симптомами и предпочтениями.

Поэтому финальная позиция американской стороны была вовсе не «пероральные лучше».

Она звучала так:

«Многим? Возможно. Большинству? Возможно. Всем? Ни в коем случае»

Коротко - аргументы сторон:

	Британская сторона (Janice Rymer)	Американская сторона (Steven R. Goldstein)
ВТЭ	пероральные эстрогены примерно вдвое повышают риск ВТЭ, трансдермальные - практически не добавляют дополнительного риска	удвоение очень маленького исходного риска всё равно может означать небольшой абсолютный прирост риска
Печень и обмен	трансдермальный эстрадиол минует эффект первичного прохождения через печень; минимальное влияние на ГСПГ	у пероральных эстрогенов есть метаболические эффекты, которые в определённых ситуациях могут быть преимуществом
Препараты	гель, спрей, пластырь: трансдермальный путь - это не только пластырь	«Не существует просто эстрогена. Существуют эстрогены»; иногда выбор конкретного препарата сам определяет путь введения
Итог	«Route matters. Transdermal good»	«Многим? Возможно. Большинству? Возможно. Всем? Ни в коем случае»

Вывод председателя: «Никогда не говори “всем” и “всегда”».

Не гормонами едиными: сердце, метаболизм, образ жизни

Сейчас выступает ещё одна крайне харизматичная профессор - Rossella Nappi, президент International Menopause Society (IMS) 2024–2026. Доклад посвящён сердечно-сосудистым рискам у женщин после менопаузы.

И вот очень наглядный слайд о том, почему имеет значение время начала МГТ:

• при своевременном назначении эстрогенов, когда сосудистая стенка ещё относительно здорова, показано замедление прогрессирования атеросклероза;
• по мере прогрессирования атеросклероза формируются бляшка, фиброзная покрышка и изменения сосудистой стенки;
• при позднем старте МГТ, на фоне уже сформированного атеросклероза, такого эффекта не показано.

То есть важны не только эстрогены - важно, когда мы их назначаем. Это и есть наглядная иллюстрация «окна возможностей» для МГТ.

Крутой доклад профессора Sarah Berry

Очень хочется, чтобы его увидели эндокринологи, которые до сих пор считают, что женщина сама виновата в происходящих с ней метаболических изменениях.

Данные доклада основаны на исследованиях ZOE PREDICT - крупной исследовательской программы в области персонализированного питания, метаболизма и микробиома:

• менопауза - это не только гормональные изменения. Сон, настроение, аппетит, питание, физическая активность и метаболическое здоровье тесно взаимосвязаны;
• в постменопаузе меняется композиция тела и становится менее благоприятным метаболический ответ на пищу - выше постпрандиальные глюкоза, триглицериды и маркеры воспаления;
• ожирение и курение ассоциированы с большей выраженностью менопаузальных симптомов, физическая активность - с меньшей;
• улучшение качества питания в исследованиях ZOE сопровождалось уменьшением выраженности менопаузальных симптомов.

Отдельные биологически активные добавки (БАДы) и «менопаузальные» продукты - огромное поле для meno-washing (маркетинговой эксплуатации темы менопаузы): маркетинга вокруг менопаузы зачастую больше, чем убедительных доказательств:

• даже эффект фитоэстрогенов индивидуален и может зависеть от микробиоты - в частности, от способности превращать дайдзеин в эквол;
• и главное - имеет значение всё: гормоны, питание, сон, движение, настроение, микробиота и метаболическое здоровье. Всё взаимосвязано и может поддерживать тот самый замкнутый круг.

Очень показательный слайд из исследования ZOE PREDICT - о том, как меняется метаболический ответ на пищу в зависимости от менопаузального статуса:

• глюкоза после еды - по сравнению с женщинами до менопаузы у женщин в постменопаузе ее уровень повышается сильнее и дольше остается повышенным. В перименопаузе показатели занимают промежуточное положение;
• триглицериды после еды - их подъем также более выражен: уровень выше и дольше возвращается к исходному по сравнению с женщинами до менопаузы;
• GlycA - интегральный маркер хронического системного воспаления, отражающий совокупный сигнал нескольких белков острой фазы. Его уровень также выше у женщин после менопаузы;
• и самое интересное - дело не только в возрасте. Авторы отдельно сравнили женщин одного возраста - 47–56 лет. Даже среди ровесниц метаболический ответ различался в зависимости от менопаузального статуса.

То есть после менопаузы организм иначе реагирует на прием пищи - постпрандиальные изменения глюкозы и липидов становятся более выраженными и сохраняются дольше.

Главное - проще!

Базовая модель питания	Для улучшения микробиома
много овощей и фруктов	30 разных растительных продуктов в неделю
достаточное количество белковых продуктов	ферментированные продукты
цельнозерновые продукты	«есть радугу» - разнообразие цветов растительной пищи
основной напиток - вода	в первую очередь думать о клетчатке
	уменьшить количество переработанных продуктов

Не гормонами едиными.

Доклад, посвященный спорту слушаю как упрек своему образу жизни.

Аэробная активность	Недельная цель
умеренной интенсивности	150–300 минут в неделю
или высокой интенсивности	75–150 минут в неделю

• допустимо сочетать умеренную и интенсивную нагрузку в эквивалентном объёме;
• если исходный уровень физической активности низкий - начинать с меньшего объёма и увеличивать нагрузку постепенно.

Источник на слайде - рекомендации Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) по физической активности и малоподвижному образу жизни, 2020.

Системное воспаление - патогенетическая основа огромного перечня заболеваний: от деменции до остеопороза!

физическая активность у женщин в постменопаузе улучшает профиль системного воспаления:

• метаанализ 32 контролируемых исследований, 1510 женщин в постменопаузе;
• на фоне физических тренировок снижались провоспалительные маркеры:
• CRP (С-реактивный белок);
• IL-6 (интерлейкин-6);
• TNF-α (фактор некроза опухоли-α);
• одновременно повышался адипонектин - адипокин, связанный с более благоприятным метаболическим профилем и противовоспалительными эффектами;
• но важная оговорка авторов: улучшение биомаркеров еще не доказывает снижение числа клинических событий - например, инфарктов, инсультов или смертности.

Может кому-то понравится эта формула?

HARMONY - это модель образа жизни для поддержания здоровья и благополучия женщин в среднем возрасте.

Расшифровка HARMONY:

	Компонент	Что входит
H	Healthy Eating - здоровое питание	преимущественно цельные и минимально обработанные продукты, овощи, цельнозерновые, бобовые, орехи
A	Active Arts Participation - активное участие в творческой деятельности	пение, танцы, рисование и т. д.
R	Restorative Sleep - восстанавливающий сон	6–9 часов, регулярный режим сна и бодрствования, гигиена сна
M	Mental Wellness - психическое благополучие	mindfulness-практики (практики осознанности), взаимодействие с природой
O	Ongoing Physical Activity - постоянная физическая активность	150 минут умеренной или интенсивной нагрузки в неделю + силовые тренировки 2 дня в неделю, сокращение сидячего времени
N	No Harmful Substances - отказ от вредных веществ	не курить, ограничить алкоголь, избегать наркотических веществ
Y	Your Social Connections - социальные связи	отношения с партнером и семьей, общение с друзьями, участие в жизни сообщества

В следующем докладе Ang Seng Bin рассказал о том, как правильно есть, двигаться, спать, рисовать, петь, танцевать и жить насыщенной социальной жизнью с точки зрения докмеда, чтобы снизить бремя менопаузальной симптоматики:

• регулярное участие в творческой деятельности может улучшать общее состояние здоровья и качество жизни;
• причём важен именно активный формат - петь, танцевать, рисовать, играть на музыкальных инструментах, а не только смотреть и слушать;
• активное творчество особенно связано с ощущением собственных достижений и улучшением социальных связей;
• и сегодня творческая активность уже рассматривается как один из компонентов lifestyle management (управления образом жизни) - наряду с питанием, физической активностью, сном и социальной жизнью.

Ну что, продолжаем петь и плясать!

Сексуальное здоровье: «Я хочу снова хотеть»

Чтобы не было никому обидно, выбрала такую секцию.

Остальное посмотрю в записи со 2 ноября, когда откроют доступ и обязательно поделюсь!

Итак, ждем:

Сексуальное здоровье в менопаузе: баланс качества жизни (симпозиум):

• председатели: Johannes Bitzer, Meenakshi Goel;
• Sheryl Kingsberg - «Инь: роль психосоциальных факторов в сексуальной функции»;
• Susan Davis - «Янь: роль половых стероидов в сексуальной функции»;
• James Simon - «Пенетративная боль в менопаузе, когда причина - не генитоуринарный синдром менопаузы: фокус на преддверии влагалища».

Ого! А зал наполнился почти целиком: всем интересна тема женской сексуальной дисфункции.

Пока не начали, напишу, что ответил Steven R. Goldstein на вопрос из зала относительно назначения тестостерона женщинам:

«Раньше я практически не назначал тестостерон женщинам. И вот почему:

• раньше для этого приходилось использовать индивидуально изготовленные (compounded) препараты, а я отношусь к ним крайне скептически;
• более десяти лет назад в США журнал отправил десять таких препаратов в независимую лабораторию - и ни в одном фактическое содержание действующего вещества точно не соответствовало заявленному;
• в отличие от этого, промышленно производимые препараты проходят строгий контроль качества FDA. Спикер приводит в пример производство Eli Lilly, где регулярно проверяются отдельные партии и подтверждается точное содержание препарата;
• второй вариант, который используют некоторые коллеги, - назначить мужской тестостероновый гель и рекомендовать женщине использовать примерно 1/10 дозы;
• спикер считает это неудобным и потенциально небезопасным: пациентка не фармацевт, дозировать препарат таким образом сложно. При передозировке возможны гирсутизм, выпадение волос на голове, увеличение клитора, огрубение голоса, причём некоторые изменения могут быть необратимыми;
• сейчас появилась стандартизированная тестостероновая форма, дозированная специально для женщин, доступная, по словам спикера, в Австралии, Новой Зеландии и Великобритании. Поэтому он стал чувствовать себя значительно увереннее при назначении тестостерона;
• его практический критерий - женщина сама предъявляет жалобу на снижение сексуального желания, которое её беспокоит. В таком случае он готов назначать женскую дозированную форму тестостерона;
• по его собственным наблюдениям, результат примерно 50/50: около половины пациенток считают эффект отличным, другая половина практически не замечает улучшения;
• при этом он отдельно напоминает о выраженном плацебо-ответе в исследованиях субъективных менопаузальных симптомов - порядка 40-50%;
• поэтому отсутствие статистически значимого результата исследования иногда связано не с отсутствием эффекта препарата, а с тем, что группа плацебо тоже демонстрирует значительное субъективное улучшение».

Вывод спикера: сейчас он готов назначать тестостерон женщинам, если используется стандартизированный препарат с дозировкой для женщин и пациентка не превышает рекомендованную дозу.

Четыре взаимосвязанных компонента, определяющих сексуальную функцию

Биологические	Психологические	Межличностные	Социокультурные
боль	настроение	близость	убеждения
заболевания	стресс	коммуникация	социальные роли
менопаузальные симптомы	внимание	здоровье партнёра	стигматизация
лекарственные препараты	восприятие собственного тела	сексуальная функция партнёра	приватность
	ожидания		доступность медицинской помощи

Главная мысль слайда: сексуальную функцию нужно оценивать в биопсихосоциальной модели. Любой из этих факторов может предрасполагать к проблеме, запускать или поддерживать её, а влияние между компонентами идёт в обоих направлениях.

Сексуальное возбуждение зависит от баланса между возбуждающими и тормозящими факторами:

• торможение - нормальная часть сексуальной реакции. Если бы система возбуждения работала постоянно и без тормозов, мы бы занимались сексом 24/7. Поэтому необходим баланс;
• если женщина говорит: «Я хочу снова хотеть», важно оценивать не только наличие или отсутствие желания, но и то, что усиливает возбуждение, а что его тормозит.

Факторы, способствующие возбуждению	Факторы, тормозящие возбуждение
наличие желания и сексуального интереса	боль
привлекательный/желанный партнёр	давление со стороны партнёра: «Ну давай, разве ты не хочешь секса?»
эмоциональная связь с партнёром	отвлекающие факторы
подходящая обстановка	усталость
	конфликт в отношениях
	негативные ожидания от секса

Поэтому вопрос не всегда в том, «почему у женщины нет желания?»

Гораздо полезнее спросить:

Что происходит - слишком много факторов, тормозящих сексуальную реакцию, или слишком мало факторов, способствующих возбуждению?

И эти процессы работают в обоих направлениях: уменьшение торможения может быть не менее важно, чем усиление возбуждения.

Если женщина говорит: «У меня практически нет сексуального желания, но меня это совершенно не беспокоит», это само по себе не является проблемой, которую нужно лечить.

Совсем другая ситуация, когда женщина говорит:

«Я потеряла желание. Я потеряла сексуальный аппетит. Я хочу снова хотеть».

Такая женщина испытывает дистресс, и её жалоба заслуживает внимания.

Дальше спикер объясняет, что желание может возникать по-разному:

• спонтанное желание - сексуальный импульс появляется сам по себе, ещё до сексуальной стимуляции. Возникает желание → инициируется сексуальный контакт → появляется возбуждение → в идеале следует удовлетворяющий сексуальный опыт;
• но у многих женщин, особенно в среднем возрасте и в длительных отношениях, спонтанного желания становится значительно меньше. И женщина начинает спрашивать себя:

«Что со мной не так? Почему я больше не хочу своего партнёра так, как раньше?»

Однако отсутствие спонтанного желания ещё не означает отсутствие способности получать удовольствие от секса.

Существует ответное (responsive) желание:

Спонтанное желание	Ответное (responsive) желание
сексуальный импульс появляется сам по себе, ещё до сексуальной стимуляции	изначально выраженного сексуального импульса может не быть, но женщина открыта сексуальному контакту
возникает желание → инициируется сексуальный контакт → появляется возбуждение → в идеале следует удовлетворяющий сексуальный опыт	партнёр инициирует близость или женщина отвечает на его инициативу → начинается сексуальная стимуляция → возникает возбуждение → и уже вслед за возбуждением появляется желание

Спикер приводит аналогию с тренировкой:

«У меня может не быть биологического желания идти в спортзал. Если ждать, пока оно появится, я могу вообще туда не пойти. Но я начинаю заниматься, разогреваюсь, появляется ритм, учащается пульс - и моё тело прекрасно включается».

То же может происходить и с сексуальной реакцией.

Главная мысль: отсутствие спонтанного желания ≠ сексуальная дисфункция. Важно выяснить, возникает ли желание в ответ на стимуляцию и возбуждение.

Но если женщина говорит: «Раньше я любила предвкушение секса, у меня было спонтанное желание, а теперь оно исчезло, и мне этого не хватает», - это уже значимая жалоба, которой следует уделить внимание.

Susan Davis в дискуссии о том, вызывает ли тестостерон рак молочной железы:

• лучшие данные получены из рандомизированных контролируемых исследований - они не демонстрируют увеличения риска РМЖ при использовании тестостерона;
• в одном из исследований оценивали также маммографическую плотность молочной железы - значимого неблагоприятного влияния не выявили;
• наблюдательные исследования также в большинстве, хотя и не во всех работах, не показывают клинически значимого увеличения риска РМЖ;
• но есть принципиальное ограничение: практически все эти данные относятся к применению тестостерона в дозах, обеспечивающих концентрации в пределах физиологического пременопаузального диапазона;
• поэтому, по словам Susan Davis, мы практически ничего не знаем о безопасности высоких, супрафизиологических доз тестостерона в отношении молочной железы.

И её позиция буквально по смыслу:

«При использовании зарегистрированных препаратов или физиологических доз тестостерона я особенно не беспокоюсь. Меня беспокоят женщины, получающие очень высокие уровни тестостерона - так же, как меня беспокоят женщины, получающие очень высокие уровни эстрогенов».

А я с интересом послушала доклад Hayley Dillon с данными исследования о влиянии тестостерона на мышечную силу и выносливость.

PAMELA

Дизайн	26-недельное рандомизированное двойное слепое плацебо-контролируемое исследование (не опубликованное, Австралия)
Участницы	152 женщины 55–70 лет были рандомизированы, 146 завершили исследование
Вмешательство	трансдермальный тестостерон в дозе, обеспечивающей уровень тестостерона в физиологическом пременопаузальном диапазоне
Первичная конечная точка	мощность мышц нижних конечностей

И вот здесь самое важное: тестостерон не улучшил мощность мышц нижних конечностей по сравнению с плацебо.

Показатель	Результат
Сила хвата, нейромышечная быстрота, статическое равновесие	преимуществ не было
Динамическое равновесие	небольшое преимущество
Безжировая мягкая ткань в области бедер	увеличилась примерно на 60 г, но общей прибавки безжировой массы тела не было. Клиническая значимость этих 60 г пока неизвестна

Тут немного грустинка в глаз попала, но все же:

• в исследовании участвовали преимущественно здоровые, физически активные женщины с хорошим исходным мышечным резервом;
• поэтому пока остается открытым вопрос, будет ли эффект другим у менее активных женщин, у женщин с саркопенией или при сочетании тестостерона с силовыми тренировками;
• главный вывод - физиологические дозы трансдермального тестостерона не продемонстрировали клинически значимого улучшения мышечной функции и мышечной массы у здоровых активных женщин в постменопаузе.

Ну и, конечно, мы даже сделали селфи с Susan Davis - профессором Monash University, одним из ведущих мировых исследователей в области женского здоровья, менопаузы и андрогенной терапии у женщин.

Австралия вообще в вопросах применения тестостерона у женщин - впереди планеты всей. А Susan Davis - одна из ключевых фигур в этой области и один из авторов исследования PAMELA, результаты которого мы как раз обсуждали выше.

Белый халат ещё ничего не говорит: менопауза как рынок

Потрясный доклад про коммерциализацию менопаузы.

Основные мысли, которые я унесу из этого доклада:

• женщины входят в перименопаузу с огромным дефицитом знаний - они не понимают, что происходит с организмом, какие симптомы могут быть связаны с менопаузальным переходом и какие варианты помощи существуют. Это реальная и совершенно обоснованная претензия к медицине;
• когда существуют пробелы в знаниях, образовании и доступности медицинской помощи, их неизбежно заполняет коммерческий рынок. И само по себе это не плохо. Вопрос в том, действительно ли бизнес закрывает существующий пробел или просто использует его;
• информационная экосистема вокруг менопаузы стремительно растёт, но коммерческая экосистема растёт ещё быстрее. Причём женщине зачастую сложно понять, где образование, где прямая реклама, а где скрытая реклама с неочевидной финансовой заинтересованностью;
• социальные сети дополнительно меняют информационное поле - алгоритмы продвигают не самую качественную информацию, а ту, которая вызывает реакцию. Спокойная научная формулировка проигрывает утверждению вроде: «Если вы не принимаете тестостерон, ваши кости будут разрушаться»;
• при этом более качественные медицинские ресурсы нередко оказываются сложнее для понимания. Поэтому недостаточно просто иметь правильную информацию - её необходимо научиться делать доступной и понятной;
• проблема не в том, что менопауза стала коммерческой. Проблема начинается тогда, когда коммерция начинает определять, что такое менопауза, какие симптомы ей приписывать, какое лечение необходимо и, самое главное, какие доказательства считать достаточными;
• если МГТ или тестостерон становятся тем обещанием, которое приводит женщину в клинику или на страницу в социальных сетях, это обещание затем приходится выполнять. Так маркетинг начинает влиять уже на клиническое решение;
• мы продаём не только продукты - мы продаём истории. «Я возвращаю вам гормон, которого не хватает» звучит гораздо понятнее и эмоционально привлекательнее, чем рассказ о модуляции нейрональных рецепторов. Именно поэтому концепция «гормонального дефицита» так хорошо работает в коммерческой среде;
• и отсюда довольно любопытный парадокс - БАДы и МГТ каким-то образом оказались в одной группе «натуральных» и привлекательных решений. И те, и другие прекрасно вписываются в понятный нарратив «дефицита», «дисбаланса» и необходимости что-то восполнить.

А вот КОК, когнитивно-поведенческая терапия, CBT-I при бессоннице и антагонисты нейрокининовых рецепторов почему-то не пользуются такой популярностью. Их значительно сложнее упаковать в красивую историю «у вас чего-то не хватает - мы просто вернём это организму».

И особенно забавно в случае когнитивно-поведенческой терапии - как заметила спикер, она буквально использует возможности собственного мозга, но почему-то в современную концепцию natural wellness («естественного благополучия») вписывается хуже, чем баночка с БАДом.

• отсюда ещё одна проблема - если МГТ начинают приписывать способность лечить огромный спектр симптомов, то сохранение симптомов легко объяснить «слишком низкой дозой». Дозы начинают повышать, добавлять другие гормоны - при том что данные по безопасности, которыми мы располагаем, относятся прежде всего к изученным стандартным дозам;
• «Натуральное» совсем не означает безопасное. БАДы и растительные препараты способны вызывать вполне реальные нежелательные явления, включая серьёзное лекарственно-индуцированное поражение печени;
• нам нужно изучать не только препараты. Нужно изучать маркетинг и сами нарративы - почему люди им верят, что делает их привлекательными, кому человек доверяет и в какой момент жизни сталкивается с этой информацией;
• и цель здесь не заставить всех перестать говорить о менопаузе и не остановить коммерцию. Цель - сделать информацию и продукты доказательными и действительно заслуживающими доверия женщин.

И финальная мысль спикера:

Если мы требуем больше качественных исследований женского здоровья, но затем готовы игнорировать уже полученные данные и результаты РКИ в пользу «у меня это работает» и отдельных историй - тогда зачем вообще изучать женщин?

Инфлюенсер - голос в интернете, которому доверяют

Очень понравился этот фрагмент доклада про то, как формируется доверие к медицинским блогерам.

Спикер попросила искусственный интеллект (ИИ) сгенерировать врача-инфлюенсера в медицинской форме, который указывает на научный абстракт на заднем плане - именно так, как это часто выглядит в Instagram*.

Получилось настолько правдоподобно, что первая реакция была примерно: «Вы уверены, что это не настоящий человек?»

Но не существовало ни этого врача, ни научной статьи на заднем плане.

А дальше она разобрала, из чего складывается образ эксперта, которому мы начинаем доверять:

• медицинская форма с именем и названием клиники или белый халат;
• профессиональные регалии;
• уверенная манера говорить;
• научные статьи, графики и абстракты на заднем плане - использование визуального облика науки, чтобы заимствовать у неё доверие;
• личные клинические истории - «вот что я вижу в своей практике»;
• большое количество подписчиков, которое само по себе создаёт ощущение авторитетности;
• постоянное повторение одних и тех же утверждений - эффект иллюзорной истины: чем чаще мы слышим одно и то же, тем более правдивым оно начинает нам казаться.

То есть можно создать человека, которого вообще не существует, поставить рядом несуществующую научную статью, добавить медицинскую форму, стетоскоп, уверенную подачу и лайки - и получить визуально абсолютно убедительный образ доказательной медицины.

Очень точная мысль спикера:

можно заимствовать внешний облик науки - и вместе с ним заимствовать доверие к науке.

Поэтому белый халат, уверенность, количество подписчиков и научная статья на заднем плане ещё ничего не говорят о качестве самой информации.

*Instagram принадлежит компании Meta, деятельность которой признана экстремистской и запрещена на территории РФ.

Как это откликается мне, когда я знаю изнанку жуликов, которые играют на чувствах и боли женщин и зарабатывают миллионы, втюхивая им БАДы и пептиды.

И, пожалуй, впервые на официальном медицинском конгрессе я услышала после доклада оглушительные аплодисменты и даже свист.

Потому что врачи действительно оказались сегодня в очень невыгодной ситуации по сравнению с блогерами, которые пляшут, рассказывают простые и красивые истории или просто очень убедительно врут.

Розовый октябрь - месяц повышения осведомлённости о раке молочной железы - стартовал, и я в розовом пиджаке мчу на секцию по РМЖ.

Люди конгресса

Конгресс по менопаузе был бы несостоявшимся без настоящей звезды и легенды - Andrea Genazzani, Италия. Профессора, который всей своей многолетней деятельностью отстаивает право женщин не просто жить в пери- и постменопаузе, а жить полноценно, сохраняя здоровье, качество жизни и возможность получать от неё всё.

Ну и, конечно, я встретила прогрессивную, классную и светлую Антонину Сметник, которая уже блестяще прочитала свой доклад.

Можно завершу этот прекрасный день фотографией с Andrea Genazzani?

А сейчас я на заседании Немецкого общества по менопаузе - узнаем, какие вопросы обсуждают немецкие коллеги!

Дай мне сил, мой сертификат С1 по немецкому, понять всё!

P.S. Симпозиум на английском.

Ой. А выступает профессор, доктор Thomas Römer, который наблюдал мою сестру во время беременности в Кёльне. Я даже была с ней на приёме и общалась с ним в далёком 2017 году, а потом сопровождала сестру в родах и первой встречала моего племянника Лукаса.

Выпросила селфи и он передал привет сестре.

Приятно, когда врач, наблюдавший беременность, передает приветик.

Камила, тебе привет.

Среди спикеров, чьи доклады я слушала, были также Jen Gunter (коммерциализация менопаузы, дезинформация и wellness-индустрия) и Nanette Santoro (физиология менопаузального перехода и гормональные флуктуации).

До встречи в Милане

20-й Всемирный конгресс Международного общества по менопаузе (IMS 2026) завершен.

Спасибо всем, кто эти дни был со мной виртуально.

Спасибо всем, кто помог осуществить мою мечту - оказаться здесь, среди ведущих мировых экспертов в области менопаузы.

Сегодня я вылетаю в Москву.

Ждите меня с новой интересной информацией, инсайтами, лайфхаками и открытиями.

Очень хорошая новость прозвучала ещё в первый день: следующий конгресс IMS будет в Милане! Это означает, что большее число коллег смогут попасть на него. Поехали все вместе в Милан на IMS в 2028? Можем же помечтать?

Прощальная прогулка по побережью Атлантического океана

Прослушав огромное количество лекций нейробиологов, неврологов, психиатров, сексологов, эндокринологов и гинекологов, я окончательно поняла: нашему женскому мозгу на этапе перехода из одной фазы жизни в другую - из репродуктивного периода в менопаузу - приходится туго.

И этот факт важно принять. Так же, как мы давно приняли особенности психики подростков в период пубертата.

Социальные сети по моим алгоритмам регулярно подбрасывают мне самые разные зарисовки из жизни женщин старше 40-45 лет - иногда неожиданные, иногда чудесатые, иногда откровенно кринжовые, простите за мой сленг.

И знаете что?

0% удивления. 0% осуждения.

Не потому, что после 40 с женщиной «что-то не так». А потому, что теперь я гораздо лучше понимаю, через какую нейроэндокринную перестройку в этот период может проходить женский организм.

«Американские горки» перименопаузы могут сопровождаться тревогой, нарушениями сна, эмоциональной лабильностью, снижением концентрации, рабочей памяти и исполнительных функций.

Некоторые из этих проявлений действительно могут напоминать симптомы отдельных психических и нейроразвитийных расстройств, а уже существующие расстройства в этот период у части женщин могут обостряться.

И первый вопрос, который регулярно возникает в комментариях:

«Скажите, пожалуйста, а когда ЭТО начинается?»

Но мы с вами точно знаем, когда это начинается.

Сейчас я про перименопаузу.

6 октября American College of Physicians (ACP) выпустила новый клинический гайдлайн по фармакологическому лечению вазомоторных симптомов у женщин в пери- и постменопаузе.

Коллеги, очень прошу - поделитесь им со своими знакомыми терапевтами, неврологами и особенно психиатрами, которые работают с женщинами 40+.

Новый гайдлайн ACP по лечению вазомоторных симптомов (Annals of Internal Medicine)

Потому что в новом документе всё сформулировано достаточно конкретно:

• при отсутствии противопоказаний менопаузальная гормональная терапия - терапия первой линии при беспокоящих вазомоторных симптомах;
• при сохранённой матке - эстроген + прогестоген;
• после гистерэктомии - монотерапия эстрогеном.

среди негормональных вариантов - СИОЗС/СИОЗСН (ингибиторы обратного захвата серотонина / серотонина и норадреналина), габапентин и антагонисты нейрокининовых рецепторов.

Не всё после 40-45 лет - перименопауза.

Но перименопауза должна хотя бы прийти врачу в голову.

Особенно если перед ним женщина с приливами, нарушением сна, тревогой, изменениями настроения и когнитивными жалобами.

Главный вывод Всемирного конгресса по менопаузе IMS 2026 в Рио-де-Жанейро:

Единственный прилив, с которым можно смириться, - океанский.

На другие, дорогие мои читатели, не соглашаемся.

Договорились?